"Тогда кому оно нужно?" Черданцев - о скандальных линиях офсайда и доверии к судейству
Спортивный комментатор Георгий Черданцев высказался о затянувшихся судейских спорах в Российской Премьер‑Лиге, связанных с использованием так называемых "китайских линий" для определения офсайда на ВАР. По его мнению, нынешний формат работы с графическими линиями не только не снимает вопросы, но, напротив, подогревает недоверие болельщиков и клубов к судейству.
Черданцев подчёркивает: если клубы официально поддержали использование этих линий, с этим решением уже почти невозможно спорить. Однако дальнейшая практика показала, что публичная демонстрация нарисованных линий офсайда запускает новый виток конфликтов. Вместо того чтобы служить инструментом прозрачности, такие изображения вызывают бурю обсуждений и обвинений в адрес судей и системы ВАР.
Комментатор предлагает радикальный, но, с его точки зрения, логичный шаг: превратить "урок черчения" в закрытую процедуру. Он моделирует ситуацию: команда забивает гол, помощник главного арбитра не фиксирует офсайд, но у судей ВАР появляются сомнения. Они поднимают повторы, выстраивают линии, отмечают ключевые точки - условные "кружки, треугольники и параллелепипеды", после чего по внутреннему протоколу сообщают главному судье: офсайд, взятие ворот отменяется. Дальше матч продолжается, а зрители не видят никаких линий на экране.
Таким образом, вся графика используется исключительно как служебный инструмент для арбитров, а не как картинка для телевизионной аудитории. Черданцев объясняет это тем, что так называемый общественный контроль всё равно полноценно не работает. Экспертно‑судейская комиссия, которая разбирает спорные эпизоды, принимает решения, по сути, независимо от эмоций болельщиков и массовой реакции. Тогда, задаётся вопросом комментатор, какой смысл в этих линиях, вынесенных на публику, если они лишь накручивают недовольство и не влияют на вердикты профильных органов?
Он акцентирует ещё одну проблему: нынешние линии, по сути, строятся вручную - пусть и с использованием технологий, но с ощутимым человеческим фактором. Это не жёстко заданная система с автоматической калибровкой и точной трёхмерной моделью, а скорее визуальная подсказка, зависящая от выбора ракурса, точки построения и даже толщины линии. В результате такие схемы не проясняют эпизод для зрителя и игроков, а создают дополнительную путаницу: каждый видит на экране своё, а доверие к итоговому решению только падает.
"Моё мнение простое: китайские линии не нужны", - резюмирует Черданцев. Он видит два понятных и честных, по его мнению, варианта. Первый - вернуться к классическому принципу: ориентиром служит флаг ассистента арбитра. Линейный судья принимает решение в реальном времени, без последующих "дорисовок" и геометрических схем. Это меньше напоминает точную науку, но зато все принимают правила игры как есть: человеческая ошибка возможна, она часть футбола.
Второй вариант - внедрить действительно высокотехнологичную систему уровня топ‑турниров. Черданцев приводит в пример формат, используемый в Лиге чемпионов: дорогостоящий комплекс с трёхмерной моделью поля и игроков, позволяющий увидеть расположение футболистов и линию офсайда практически до миллиметра в любом нужном ракурсе. Такая технология стоит существенно дороже, но обеспечивает то, чего сейчас не хватает российскому футболу, - ощущение объективности и неизбежности решения.
Поводом для очередной волны дискуссий стал матч 19‑го тура РПЛ, в котором арбитры отменили гол "Балтики" в ворота "Зенита" из‑за спорного офсайда. Встреча завершилась победой петербургской команды со счётом 1:0, а эпизод с незасчитанным мячом мгновенно стал одним из самых обсуждаемых: кто‑то считал, что игрок был в игре, другие соглашались с решением судей, но почти всех объединяло одно - непонимание, почему линии офсайда выглядят столь неоднозначно.
На фоне таких ситуаций предложение Черданцева фактически ставит вопрос шире: нужна ли зрителю иллюзия точности, если инструмент сам по себе остаётся неточным и субъективным? Публичная демонстрация линий создаёт впечатление научного подхода, но, когда камера слегка наклонена, нога игрока закрыта другим футболистом, а момент касания мяча зафиксирован неидеально, каждая линия - результат интерпретации, а не математики.
Сторонники сохранения "китайских линий" могут возразить: отказ от графики - шаг назад от прозрачности. Но здесь и кроется парадокс, о котором говорит Черданцев. Прозрачность имеет смысл только тогда, когда у зрителя есть основания доверять инструменту. Сейчас же многие болельщики видят на экране не доказательство, а повод для конспирологических версий. Каждый новый скриншот с телевизора живёт собственной жизнью, разбирается по пикселям и миллиметрам, и любое расхождение в оценке воспринимается как доказательство предвзятости.
Закрытый формат работы ВАР с линиями, о котором говорит комментатор, мог бы уменьшить градус напряжения вокруг судейства. Да, споры бы не исчезли - они в футболе вечны. Но фокус обсуждения сместился бы с "кривых линий" на логику решений арбитров и критерии офсайда. Важно и то, что в такой модели ответственность перестаёт маскироваться за картинкой: судья принимает решение, а не "перекладывает" его на программу.
С другой стороны, полное возвращение к флагу ассистента безо всяких технологий сейчас многим кажется утопией. Болельщики и клубы уже привыкли к идее, что спорные моменты можно пересмотреть, а грубые ошибки - исправить. Отказ от ВАР или его значительное упрощение будет воспринят как шаг назад относительно мировых тенденций. Поэтому идея Черданцева фактически подталкивает к более жёсткому выбору: либо бюджетные, но несовершенные ручные линии, которые все видят и не верят им; либо серьёзные инвестиции в системы, минимизирующие человеческий фактор.
Важный момент, который выходит за рамки одного комментария Черданцева, - это вопрос доверия к институтам футбола в целом. Любая даже самая совершенная технология будет восприниматься скептически, если нет уверенности в независимости и компетентности тех, кто её применяет. Линии офсайда, трёхмерные модели, дополнительные камеры - всё это лишь инструменты. Без ясных и единых для всех регламентов, открытых разборов спорных эпизодов и последовательной позиции комиссий по судейству никакая графика не превратится в гарант справедливости.
Отдельно стоит учитывать и психологию самих футболистов и тренеров. Когда игрок забивает и через минуту видит на большом экране непонятные разноцветные линии, по которым судья отменяет его гол, ощущение несправедливости усиливается. Тренеры же зачастую вынуждены комментировать решения, которые и сами не до конца понимают визуально. Это подрывает веру в систему изнутри - в раздевалках и на скамейках запасных.
Дискуссия вокруг "китайских линий" в РПЛ обнажает ещё одну проблему: отсутствие единой коммуникационной стратегии. Болельщикам редко объясняют, как именно строятся эти линии, какие параметры учитываются, как выбирается момент удара и почему один и тот же эпизод может выглядеть по‑разному под разными углами. В итоге зритель видит только конечную картинку, но не понимает процесса, а значит - не готов её принимать безоговорочно.
На этом фоне предложение Черданцева звучит как вызов системе: либо вы делаете инструмент действительно точным и убедительным, либо не выставляете его напоказ, превращая в объект насмешек и претензий. Вариант "показать неидеальное как абсолютную истину" - худший из возможных, потому что он одновременно и раздражает, и не даёт реального ощущения справедливости.
В конечном счёте спор о линиях офсайда - это не только технический вопрос, но и вопрос философии футбола. Что важнее: скорость и эмоциональность игры или математическая точность эпизода? Готов ли футбол жертвовать частью спонтанности ради миллиметров? И если да, то почему до сих пор многие технологии внедряются наполовину, в компромиссном виде, когда ни старый, ни новый подход не доведены до логического конца?
Ответ, который предлагает Черданцев, прост и жёсток: нынешний гибридный вариант с "китайскими линиями" никого по‑настоящему не устраивает. Он не убеждает скептиков, не защищает судей, не помогает игрокам и тренерам, а зрителям приносит больше вопросов, чем ответов. И если общественный контроль в таком формате не работает, то вполне справедливо спросить: "Тогда кому оно нужно?"
