Гришин: с нынешним потенциалом сборная России могла бы занять первое место в группе на ЧМ‑2026
Бывший полузащитник ЦСКА и тренер Александр Гришин убеждён, что при текущем уровне российской сборной команда была бы способна не просто выйти в плей-офф чемпионата мира 2026 года, но и завершить групповой этап на первом месте - при благоприятной жеребьёвке.
По словам специалиста, многое на таких турнирах определяет не только класс игры, но и состав группы. Он подчёркивает, что в расширенном формате чемпионата мира, где примут участие 48 сборных, Россия вполне могла бы войти в число двух десятков сильнейших команд турнира и уверенно бороться за выход в следующий раунд.
Гришин отмечает, что при определённом сочетании соперников российская команда имела бы серьёзные шансы на лидерство в квартете:
если бы в группу попали коллективы уровня ДР Конго, Кабо‑Верде, Саудовской Аравии или Катара, российская сборная, по его оценке, была бы явным фаворитом и могла бы завершить эту стадию на первой строчке. В таком случае в плей-офф команда получила бы относительно удобного оппонента, что дополнительно увеличило бы её шансы пройти ещё дальше.
При этом Гришин не идеализирует возможности нынешней сборной. Он подчёркивает, что попадание в квартет с грандами калибра Испании, Франции или Германии кардинально изменило бы перспективы. В такой "группе смерти" российской команде, по мнению специалиста, было бы крайне сложно претендовать на выход в плей-офф, а борьба шла бы скорее за выживание и сохранение шансов до последних туров.
Ключевой момент, на котором акцентирует внимание экс-игрок ЦСКА, - фактор жеребьёвки. В формате с 48 участниками уровень команд будет гораздо более неоднородным, чем в прежние годы. Появится множество сборных среднего и ниже среднего класса, и именно распределение по корзинам и группам во многом определит, насколько комфортные или, наоборот, неподъёмные задачи получит та или иная команда на старте турнира.
Гришин убеждён, что по уровню игроков и потенциалу состава Россия могла бы уверенно войти в пул примерно 24 сильнейших команд такого чемпионата мира. Это не означает гарантированный успех, но даёт основание считать, что в большинстве возможных групп у сборной были бы реальные шансы не только выйти в плей-офф, но и занять первое место, особенно если избежать столкновения с топ-сборными уже на групповом этапе.
Отдельно стоит учитывать, что расширение числа участников ЧМ влияет и на турнирную сетку: больше матчей, иной формат выхода из группы, потенциальные стыки с соперниками, которые раньше могли даже не добираться до мирового первенства. В такой конфигурации, подчёркивает Гришин, важна не только сила лидеров, но и глубина состава, умение проводить несколько игр подряд на высоком уровне и грамотно распределять силы в пределах всего турнира.
По его мнению, нынешнее поколение российских игроков не уступает по качеству целому ряду сборных, которые стабильно пробиваются на чемпионаты мира, но не относятся к элите. Речь идёт о командах, которые борются за второе-третье места в своих группах, способны обыграть фаворитов в отдельной встрече, но не выдерживают длинную турнирную дистанцию. В подобной компании Россия смотрелась бы конкурентоспособно и могла бы решать задачу выхода в плей-офф.
Гришин также подчёркивает психологический аспект: в группе без топ-фаворитов футболистам проще раскрепоститься и играть первым номером. Когда соперник не воспринимается как недосягаемый авторитет, игроки увереннее идут в обводку, чаще берут на себя инициативу, меньше боятся допустить ошибку. В матчах с грандами, напротив, многие команды изначально выходят с мыслью "лишь бы не проиграть крупно", что серьёзно сковывает действия и ведёт к излишне осторожному футболу.
Немаловажен и фактор стиля игры. Против соперников уровня Саудовской Аравии или Кабо‑Верде российская сборная могла бы действовать агрессивнее, навязывая физически плотную борьбу, использовать преимущество в антропометрии, лучше реализовывать стандарты. С топ-командами, обладающими быстрыми флангами и высоким уровнем владения мячом, подобная модель перестаёт быть столь эффективной, и тогда на первый план выходит индивидуальный класс и глубина скамейки.
С точки зрения тактики, Гришин видит у России потенциал гибко подстраиваться под турнир. Против соперников среднего уровня - прессинговать и чаще играть в атаку, против фаворитов - выстраивать более осторожную, оборонительную модель с быстрыми переходами из обороны в атаку. На дистанции чемпионата мира такая вариативность часто становится ключевым преимуществом команд, которые не относятся к гигантам, но умеют правильно использовать свои сильные стороны.
Кроме того, на крупных форумах всегда присутствует элемент неожиданности: травмы лидеров у соперников, недооценка, проблемы с адаптацией к климату и перелётам. При таком количестве участников, как на ЧМ‑2026, подобных факторов будет ещё больше. Гришин уверен, что в условиях, когда не всё решается исключительно разницей в классе, дисциплинированная и организованная команда вроде России могла бы воспользоваться любым шансом, который даст турнир.
Подытоживая, Гришин отмечает: сам по себе потенциал сборной не гарантирует успеха, но в реалиях нового формата чемпионата мира у России были бы все основания рассчитывать минимум на выход из группы. А при благоприятной жеребьёвке и отсутствии встреч с грандами уже на старте - и на первое место в квартете, что открыло бы более ровный путь в плей-офф и дало шанс громко заявить о себе на мировом уровне.
